30 ноября 2016

Актриса Марина Семенова: люблю театр остроумный и парадоксальный

> Алина Калашникова, фото предоставлено Чехов-центром

У Марины Семеновой приличный стаж работы на сцене Чехов-центра и одновременно - начало в профессиональной режиссуре. На ее счету более 40 ролей - в постановках по Горину, Горькому, Чехову, Унгарду, Гольдони, Аристофану... Кроме того, последние семь лет она преподает в Сахалинском театральном колледже. Марина Семенова с того, первого курса, набранного Павлом Аркадьевичем Цепенюком, с которого началась подготовка профессиональных актеров на Сахалине.

- Предки по папиной линии – из Сибири, по маминой – из Подмосковья. Мама уже сахалинка, с папой познакомилась в Хабаровске на учебе и перетянула его на остров. Я младшая из трех сестер, родилась в поселке Быков Долинского района. С ним связаны самые теплые детские впечатления. Бабушкин летний дом стоял на берегу речки, и детство было счастливое - с малиной, шоколадками, расплавленными на солнце, купанием в речке. Когда мне было года три, мы переехали в Южно-Сахалинск. Моя семья напрямую с искусством не связана, папа с мамой закончили топографический техникум. Но к творчеству природную склонность имеют. Мама неплохо пела, сестры Галина и Ольга, по образованию художники-модельеры, - тоже.

У меня была прекрасная учительница по литературе, Лариса Ивановна, я с удовольствием участвовала в инсценировках, также училась в музыкальной школе. То есть, тяга к творческому самовыражению была всегда. Хотя в театре к моменту поступления в колледж была пару раз, да и то не слишком впечатлилась. Закончила 10 классов и по совету своего педагога собиралась поступать в музыкальное училище в Ростове. Буду, думала, пианисткой. И тут открылся Сахалинский театральный колледж. И я подумала: «Здорово! То, что мне нужно». Хотя, конечно, представления не имела о том, что меня ждет.

- И тем не менее решили поступать?

- Ну, мне казалось тогда: «Кто, если не я?». А что вы хотите, мне было 15 лет, самоуверенности через край. Пришла на консультацию к Павлу Аркадьевичу Цепенюку, читаю ахматовское «Сжала руки под темной вуалью…» - рыжая (с 13 лет), яркая, пухлая...

- Пухлая?!

- Да, меня тогда было намного больше. Павел Аркадьевич очень по-доброму ко мне отнесся, посмотрел на мою «прекрасную» фактуру, посадил на стульчик. Я читаю Ахматову, у меня слезы текут, я рыдаю (от чувств). Он сказал: «Ну, все хорошо. Только, если ты поступишь, надо будет похудеть». Я, по-моему, начала худеть в тот же день. На курсе было 16 человек, я училась с Пашей Лаговским, Мишей Диаментом, Викой Дроняевой, Катей Гвоздевой… Сегодня с курса в Чехов-центре нас остались три - Лена Денисова, Аня Антонова и я. Наша группа была веселая, разноплановая, энергичная. Не идеальные, но все заряженные на творчество, настоящее студенческое братство. Так нас воспитывал Павел Аркадьевич, который относился к нам как к своим детям. Он всегда нам говорил: «Вы должны стоять друг за друга». При том, что актерская профессия основана на индивидуальности, вроде как требует умения прорываться, бороться за место под солнцем… Все так, но мы были единомышленниками и друзьями, жили на одной творческой волне.

Ее роль в спектакле «Аделаида», поставленном ровно десять лет назад режиссером Андреем Бажиным по пьесе Евгения Унгарда, мне лично помнится до сих пор. Бажин ставил «Аделаиду» целенаправленно на Семенову. Это был полностью женский спектакль – целая россыпь великолепных женских образов из российской жизни.

Стержнем его была бешеная рыжая фурия с неподражаемым тембром голоса, Марина Семенова сыграла национальный в сущности характер: и бесшабашность - нас бьют, а мы крепчаем, и несусветную нежность, и пронзительную тоску по идеальному.

На спектакле зрительницы много смеялись, но уходили с просветленно-умиленными лицами, говоря, что им показали собственную жизнь, переписать которую нельзя, но можно остановиться и начать новую страницу…

- Как вы приняли это предложение и насколько Аделаида, эта оторва из лихих 90-х, «совпала» с вами, девушкой из хорошей семьи, у которой в жизни всё вполне благополучно?

- Тогда я была нахальная и восприняла эту роль как само собой разумеющееся. Это уже когда долго проработаешь в театре, понимаешь, что не все так просто, не все желаемое дается… А роль сразу как-то «пошла» легко, Андрей Юрьевич - режиссер, с которым мне было идеально работать. Не совпала я с ней только по возрасту: Аделаида меня, тогдашней, была постарше, ей ближе к 38. Но мы с Андреем Юрьевичем решили, что это непринципиально. Моя Аделаида - особа сильная, резкая, максималистка, не всё у нее, может, получилось в жизни, она не реализовала себя в профессии, семье, муж «плохонький, да мой». Но она бьется за жизнь и в финале приходит к мудрому пониманию, что всё равно на самом деле счастлива. Мне история Аделаиды дорога, потому что при внешней простоте, «повседневности» сюжета у спектакля глубокий подтекст, он заставляет думать о ценности жизни - любой, какой бы ни была.

- В какой момент вам самой захотелось стать режиссером?

- Вкус к «самостоятельному плаванию» нарастал постепенно. Как-то сделала песню Высоцкого «Я несла свою беду» для конкурса «Поют драматические артисты», потом поставила капустники в честь юбилеев наших актрис, детский праздник в «Комсомольце»… Получалось довольно лихо, на одном дыхании. И потом, после окончания театрального колледжа прошло много лет, стал ощущаться какой-то информационный вакуум, уже хотелось переходить на другой уровень. И я поступила в Театральный институт имени Щукина, на курс Сергея Ивановича Яшина.

- Получив диплом режиссера, вы стали чувствовать себя увереннее?

- У меня другое ощущение: чем больше знаешь, тем больше ты не знаешь. Тем более, когда тебя профессии учат такие глыбы, как Яшин. Все же познается в сравнении. Общаешься с людьми, смотришь спектакли, читаешь и понимаешь, что ты в сущности в начале пути. У меня пока невелик режиссерский багаж, и я откликаюсь на любые предложения. Сергей Иванович – педагог классический, основательно дал мне ремесло, технику. Он нас, начинающих режиссеров, настраивал вполне рационально: не думайте, что будете ставить, что хотите, и, если душа к материалу не лежит, это ваши проблемы.

- Но у вас же ещё таких проблем не возникало?

- Хотя спектакль «С тобой и без тебя» по стихам Константина Симонова был создан в рамках госзаказа, это замечательный материал, над которым я с удовольствием работала. Как сказал наш актер Виктор Васильевич Черноскутов, в нем отразилась ностальгия по времени, которое невозвратно ушло, когда мы жили-были вместе, собирались всем двором, помогали друг другу.

И сегодня, когда каждый сам по себе, нуждаемся в коллективизме, мы скучаем по нему. А театр как машина времени может позволить себе такую сказку, утопию… Когда я играю, то вижу, как зрители внимательно слушают стихи Симонова. Там ведь ничего не скроешь. За это и люблю малую сцену. Помню, когда я разговаривала о постановке с Даниилом Александровичем Безносовым, худруком Чехов-центра, он удивлялся: «Зачем тебе это, где ты и где Симонов? Я бы понял, если бы ты взялась, скажем, за «Эти свободные бабочки» Леонарда Герша….».

Не считая детских сказок, концертных и «капустных» программ, сегодня на счету режиссера Марины Семеновой полновесные спектакли «День рождения Смирновой» Л. Петрушевской и «С тобой и без тебя» по лирике К. Симонова, которые вошли в афишу Чехов-центра.

В них просвечивает чистое, интеллигентное, стильное пространство, вкус к хорошей словесности, желание разговаривать о своей стране и людях, о лучших проявлениях человеческой души.

И можно только удивляться интуиции молодого режиссера, которая сумела нащупать связующие нити между поколениями и выстроила территорию общей памяти в ее волнующем, актуальном звучании, которая сливается с жизнью сегодня…

Он сказал мне очень правильные слова: «Спектакль надо ставить тогда, когда не можешь не ставить». Только так. Качество литературы – первое, что меня интересует. Если она написана прекрасным языком, если меня цепляет поэзия литературной ткани, и я в нее влюбляюсь, тогда стоит браться за дело. Иначе моя работа будет холодной, умозрительной, абстрактной. «День рождения Смирновой» Людмилы Петрушевской, замечательного мастера слова, очень «вкусно» написан про то, что в нашей стране будет волновать всегда, - про женское одиночество, дружбу, неустроенность, малые радости и большие горести буден… Для меня очень важно приблизиться к авторскому посылу, а не самовыразиться по-режиссерски за счет их творчества. Ключ к пониманию ищу в писательских дневниках, книгах, пытаюсь понять их стиль жизни, мировоззрение. Не знаю, насколько у меня получается, но стараюсь. Как сказал Феллини, «если я буду снимать кино про рыб, все равно я буду снимать про себя». Каждый спектакль делаешь немножко и про себя.

- Обе ваши постановки – это выбор в пользу классики, советской литературы, а современники – Сигарев, Пулинович и другие - пока не привлекают?

- Вот Сигарева я пока не знаю, как ставить. Он настолько обжигающий, жесткий, больной... Тот же его «Волчок» будоражит нервы, читать тяжело, но нельзя не признать – написан талантливо. В современной драматургии режиссер должен уметь пробиться к смыслу через внешний эпатаж, и зритель обязательно воспримет ее. Потому что только эти пьесы позволяют честно говорить о времени, в котором мы сегодня живем. Классический пример – премьера чеховской «Чайки» закончилась провалом. Но это не помешало ее дальнейшему триумфу...

- Что вы чувствуете, когда при распределении ролей вы «пролетаете» мимо? Мысль «зачем я выбрала эту профессию!» не посещает?

- Сейчас легче: у меня есть студенты. В этом году выпускаю второй по счету курс – четыре девочки и четыре мальчика. Для дипломных спектаклей взяли рассказы Зощенко, «Саня, Ваня, с ними Римас» Владимира Гуркина и «Двое бедных румын, говорящих по-польски» Дороты Масловской. Это очень разноплановый материал, на котором, как я надеюсь, удастся показать их пластичность, вокальность, чувство юмора, умение общаться со зрителем, сценическое обаяние. Ведь от актеров сегодня требуется много – чтобы и пел, и плясать умел, и колесо крутил. Как мы работаем? Сначала трудно, трудно, трудно, потом - хорошо.

- Режиссеры не любят озвучивать свои планы из боязни сглазить, но всё же не могу не спросить о ваших предпочтениях. Назовите навскидку авторов, с которыми вам хотелось бы «пособеседовать».

- «Пять вечеров» Володина, «Лес» Островского, «Эти свободные бабочки» Герша, «Трамвай «Желание» Уильямса, «Двое на качелях» Гибсона… На театральном фестивале «Ново-Сибирский транзит» настоящим потрясением для меня стал «Трамвай «Желание» Серовского драмтеатра в постановке Андреаса Мерц-Райкова. Никогда не думала, что эта многократно поставленная пьеса может звучать так смешно, остроумно, ярко. Или Римас Туминас, гениально поставивший «Дядю Ваню» в жанре трагифарса… Мне нравится такой театр - с неординарным языком для высказывания, неожиданными, парадоксальными решениями, переворачивающими устоявшиеся представления, которые задают высочайшую планку. Вот я поняла, что еще Чехова побаиваюсь, и Уильямса пока отложу в сторону, надо «созреть»…

- Ваша 8-летняя дочь Таисия тоже творческая личность?

- Она очень артистична, учится в музыкальной школе по классу скрипки, ходит на танцы, любит читать с выражением, «по голосам». Многое, думаю, дочка переняла от папы. Папу можно назвать и «физиком, и лириком». У него прекрасный вкус и чувство юмора, студентом он играл в знаменитой команде КВН Новосибирского государственного университета. Они тоже оценивают мою работу как зрители. Свои детские спектакли я «проверяю» на дочери. А муж так отозвался об одной премьере: «Если в течение спектакля я ни разу не взглянул на часы, уже неплохо».

- Мы встречаемся с вами в преддверии нового сезона. С какими мыслями, надеждами, настроением ждете его?

- Мечты простые – о новых ролях, новых постановках. C главным режиссером Чехов-центра Александром Александровичем Агеевым обсуждали планы, но пока не буду их называть. Сейчас мне предложили провести программу «Квартирник» в рамках Дальневосточного театрального форума, в которой слово будет дано молодым сахалинским поэтам и музыкантам. В принципе все поэты пишут об одном и том же, отличаются только тем, насколько оригинальную форму сумеют найти для выражения вечных тем. Я сейчас читаю их стихи, пытаюсь уловить в них музыку... И надеюсь на открытие новых талантов.


ДОСЬЕ

Марина Александровна Семенова в 1998 году окончила Сахалинский театральный колледж по специальности «Актёрское искусство» и получила квалификацию «Актёр драматического и музыкального театра». В 2015 году окончила театральный институт им. Б. Щукина, мастер курса С.И. Яшин по специальности: «Режиссура театра», присвоена квалификация «Режиссер драмы». В труппе Чехов-центра с декабря 1997 года.

Режиссёрские работы: 2015 г. - «С тобой и без тебя» по произведениям К.Симонова, Сахалинский Международный театральный центр им. А.П. Чехова. 2015 г. - «День рождения Смирновой» Л. Петрушевская, Сахалинский Международный театральный центр им. А. П. Чехова.

НОВОСТИ

Дальний Восток / Сахалин-Курилы

12 декабря 2018 Валерий Лимаренко провел рабочие встречи с председателями правительства и думы Сахалинской области ...>> 12 декабря 2018 Глава Южно-Сахалинска вошел в список лучших мэров России ...>> 12 декабря 2018 Предложения Камчатки о совершенствовании северных льгот рассмотрели в Совете Федерации ...>> 12 декабря 2018 Кандидат глядит с плаката: претенденты на пост губернатора обещают приморцам закон, порядок и светлое будущее ...>> 12 декабря 2018 Владморрыбпорт за 11 месяцев перевалил рекордный за свою историю объем грузов - более 4,2 млн т ...>> 12 декабря 2018 Перенос дальневосточной столицы во Владивосток - имиджевая потеря для Хабаровска - спикер краевой думы ...>> 6 декабря 2018 Рыбацкими проблемами КМНС озаботились в Госдуме ...>>

В мире

12 декабря 2018 «Для нас важно качество надзорной деятельности» - Генпрокурор Юрий Чайка — о противодействии коррупции ...>> 12 декабря 2018 Дмитрий Медведев положился на сильную судейскую руку ...>> 12 декабря 2018 Почему пал главный бастион японского национализма ...>> 12 декабря 2018 Япония планирует переделать вертолетоносцы в авианосцы ...>> 6 декабря 2018 Сбербанк ограничил переводы средств по номеру телефона ...>> 6 декабря 2018 В Китай стало поступать меньше российских уловов ...>> 3 декабря 2018 Под Находкой держат 11 косаток и 90 белух — вероятно, для продажи в Китай. Зоозащитники уверены — это незаконно ...>>