29 августа 2020

И не такое бывало

На Севере нашем. Аналитический обзор

> Вадим Горбунов

Год нынче выдался весьма странным, в нем небывалым ранее образом сплелись воедино пандемия COVID-19 и ценовой кризис на нефтегазовом рынке, что не могло не сказаться как на мировой экономике в целом, так и на ситуации в островном регионе. И пусть, благодаря накопленному запасу прочности, последствия еще не слишком ощутимы, они, к сожалению, проявятся в будущем. Ничего смертельного, верится, не произойдет, но дополнительные усилия для преодоления негатива, безусловно, понадобятся.

sakhalin.info

Время кризиса

Напомним хронологию. 6 марта разваливается соглашение ОПЕК+, Саудовская Аравия начинает демпинговать с ценами – в стремлении завоевать новые рынки и разорить попутно конкурентов – заливая мир чрезвычайно дешевой нефтью, мир, естественно, начинает скупать ее и заполнять все хранилища, мощность которых незамедлительно исчерпывается.

В какой-то момент «черное золото» просто перестают покупать. И 20 апреля впервые в истории была зафиксирована отрицательная стоимость барреля. Впрочем, этот казус связан с особенностями спекулятивного рынка фьючерсов и не более того. Однако с данными особенностями мало кто знаком, и в обществе распространяются панические настроения. Они вполне понятны, ведь экономика, а, следовательно, и социальные бюджеты многих стран и регионов напрямую зависят от цен на нефть.

11 марта ВОЗ объявила вспышку COVID-19 пандемией. В мире, в том числе и в нашей стране, вводятся беспрецедентные чрезвычайные меры, закрываются границы, города уходят на карантин и т. д. Это в очередной раз бьет по нефтяному рынку – резко падает потребность в авиационном и автомобильном топливе, замирают многие виды экономической деятельности, останавливаются стройки, сворачиваются инвестпроекты, следовательно, снижается и потребность в энергоресурсах вообще. Паника становится еще большей.

12 апреля нефтедобывающие страны, включая все ту же Саудовскую Аравию, чей бюджет садится на ноль, понимая, что мировая экономика начинает срываться в штопор, вновь договариваются о снижении добычи. Эту сделку называют новой ОПЕК+, но на самом деле это ОПЕК ++, поскольку впервые в истории обязательства о сокращении добычи берут на себя еще и США, и Канада.

При рекордном снижении добычи, о котором крупнейшие в мире производители нефти договорились 12 апреля, Россия обязалась снизить производство на почти 23 процента — с 11 миллионов до 8,5 миллионов баррелей в сутки, тогда как согласно условиям прежней сделки, наша страна уменьшала добычу лишь на 0,3 баррелей.

Это очень много, и все эти международные процессы-передряги коснулись нашей области самым непосредственным образом.

На Севере нашем

Вечером 13 июля произошла разгерметизация магистрального нефтепровода «Оха — Комсомольск-на-Амуре» в 12 километрах от поселка Верхнетамбовское Хабаровского края. Из него вылилось около 9 тонн нефти. Сотрудники «РН-Сахалинморнефтегаза» оперативно перекрыли утечку, установили боковые заграждения в ручьях. Все это отработано. Крупного экологического ущерба удалось избежать.

Казалось бы, рядовая авария, которые, увы, порой случаются. Однако сразу же встал вопрос вообще о функционировании самого трубопровода, который эксплуатировался более 50 лет и уже требовал реконструкции.

Это в совокупности с обязательством России сократить добычу нефти побудило руководство НК «Роснефть» принять решение об остановке нефтяных и газовых промыслов компании «РН-Сахалинморнефтегаз».

Решение обусловлено именно совпадением обстоятельств. Еще в прошлом году старейшее нефтедобывающее предприятие страны, вот уже более 90 лет успешно работающее на севере Сахалина, действовало в нормальном режиме, реализовывало инвестиционные программы, внедряло на промыслах новые технологии, осваивало новое месторождение — Лебединское, то есть, ни о какой остановке и речи не было. И вот она произошла.

С радостью это сообщение восприняли разве что экологи. В частности, как заявил руководитель программы WWF России по экологической ответственности бизнеса Алексей Книжников, экологические организации, включая WWF, много лет вели полемику с НК «Роснефть» о необходимости вывода из эксплуатации данного нефтепровода: «Его возраст около 50 лет, а это значит, что его эксплуатация чревата серьезными экологическими рисками. Экологи также призывали компанию вывести из эксплуатации и ряд экологически проблемных объектов на севере Сахалина. И, наконец, такое историческое решение компания приняла... Такой вывод из эксплуатации нефтегазовых объектов, конечно, имеет определенную социальную составляющую, стоит необходимость занятости для тех, кто теряет работу. Снижение негативных воздействий, в первую очередь загрязнений водных объектов, приведет к новым возможностям по расширению экономической деятельности в части рыболовства и рекреации».

Власть: мы разгоним тучи

Но экологи вообще живут в своем мире. А сахалинцы прекрасно знают, что никаких новых возможностей по рыболовству (кроме браконьерства) и рекреации (то есть, отдыху и туризму), в Охинском районе нет. Зато угроза потери работы для тысяч человек стала совершенно реальной.

Естественно, реакция региональных властей на это решение последовала незамедлительно. Губернатор Сахалина Валерий Лимаренко связался с главой компании Игорем Сечиным, после чего в область прибыл первый вице-президент компании Желько Рунье.

НК «Роснефть» заявила, что была и остается социально-ответственной компанией. И временное ограничение добычи нефти на лицензионных участках «РН-Сахалинморнефтегаз» не предполагает увольнения работников, что они будут привлечены к выполнению работ, связанных с обслуживанием технологического оборудования, проведением текущего и капитального ремонта, мониторингом состояния объектов нефтегазодобычи. А новый трубопровод — это вообще будет очень большая стройка, которая потребует сотен рабочих рук.

Коллективный договор «РН-Сахалинморнефтегаз» был действительно пролонгирован.

— Весь коллектив будет сохранен. Уровень дохода останется неизменным. При этом нам всем предстоит изрядно потрудиться. Работы на самом деле очень много. Нам предстоит развивать новые направления, кому-то — переквалифицироваться. Но без работы не останется никто. Мы консервируем добычу, а не прекращаем ее навсегда, — отметил новый генеральный директор «РН-Сахалинморнефтегаз» Игорь Жерж. Не остались без внимания и подрядчики из сервисных компаний. которые занимаются техобслуживанием нефтяных объектов, инженерным сопровождением скважин и перевозкой персонала и грузов, и т.д.

Как сообщил на встрече с ними Валерий Лимаренко, «за время пандемии мы выработали четкий план помощи предпринимателям в таких ситуациях. В совокупности мы сможем найти решения проблем... Если у кого-то появляется неуверенность или сигнал о том, что можно остаться без работы, нужно нам об этом сообщать. Будем принимать меры».

Кроме того, заверил Лимаренко, Оха не останется без поддержки области — все социальные проекты, в том числе, по переселению из аварийного жилья, модернизации ЖКХ, благоустройству будут выполнены в полном объеме и в запланированные сроки. В частности, оперативно решен вопрос о переводе потребителей Охинского и Ногликского районов, включая Охинскую ТЭЦ на газ проекта «Сахалин-1», до этого он шел только в Хабаровский край.

Игорь Жерж, генеральный директор ООО «РН-Сахалинморнефтегаз» на встрече с сотрудниками компании, 24 июля, sakhalin.gov.ru:

— Зарплату просто так платить не будем – вы будете работать. Несмотря на то, что добыча будет приостановлена, нам с вами предстоит выполнить много работы – это и консервация объектов, и подготовка их к продолжению добычи. У нас большие планы на развитие и все возможности для этого есть. Бурение не останавливается и деятельность продолжится. Прошу довести эту информацию до семей и знакомых, чтобы никакие слухи не распространялись. Вам, как специалистам понятно, – если хотели бы закончить тут работу, то все проходило бы совершенно по-другому.

В прибрежных водах

Ситуация с «РН-Сахалинморнефтегаз», безусловно, серьезная. Однако стоит заметить, что здесь проблемы больше социального плана. Непосредственно добыча углеводородов на суше не слишком велика – немногим более 1 миллиона тонн, тогда как в нынешнем году в целом по области планировалось добыть 19,1 миллиона тонн нефти и конденсата, а газа — 30,6 миллиарда кубометров. Эти объемы, как и около 70 процентов доходов регионального бюджета, дают в первую очередь шельфовые проекты «Сахалин-1» и «Сахалин-2», работающие на условиях соглашений о разделе продукции.

Они не попадали под условия прежней сделки ОПЕК+ (минус 0,3 миллиона баррелей) из-за специальной оговорки в соглашениях, предполагающей неизменность условий работы проектов до окончания их действия. Однако исходя из условий ОПЕК++, Минэнерго России потребовало сокращения добычи от всех нефтяных компаний, включая участников СРП – «в добровольном сокращении добычи нефти должны участвовать все».

Как сообщило агентство РБК, с этим согласились далеко не все акционеры «Сахалинов». Проекты, реализуемые на условиях СРП, не могут быть затронуты обязательствами российской стороны по снижению добычи в рамках ОПЕК++, так как, по условиям соответствующих соглашений, инвесторам гарантирована защита инвестиций и возмещение потерь при возможном ухудшении их положения или правового режима реализации проекта, это подтверждает руководитель практики разрешения споров и международного арбитража Art De Lex Артур Зурабян.

И тем не менее сокращение, правда, в первую очередь по технологическим причинам, все-таки произошло.

В частности, с 15 июня по 15 июля компания «Сахалин Энерджи» провела комплексный плановый (о нем было объявлено еще до известных событий) «останов» на объектах газовой инфраструктуры проекта «Сахалин-2».

Технические мероприятия затронули платформу «Лунская-А», объединенный береговой технологический комплекс (ОБТК), насосно-компрессорную станцию №2 и завод по производству СПГ. За это время специалисты компании и подрядных организаций осуществили ряд сложных и уникальных технических операций, некоторые из них проводились впервые не только на проекте «Сахалин-2», но и в России.

При этом компания продолжала частичное производство и отгрузку СПГ и нефти покупателям в странах АТР.

И, тем не менее, по данным Дальневосточного таможенного управления, в первом полугодии экспорт сахалинской нефти сократился с 9,6 до 6,9 миллионов тонн, то есть почти на 30 процентов, СПГ – на 22 процента. То есть, соглашения по ОПЕК Сахалин выполнил.

В тумане неопределенности

Но непосредственно для нас это скорее беда, чем повод для гордости. Совершенно понятно, что данное отставание уже не перекрыть, и на ранее обозначенные объемы – 19,1 миллионов тонн нефти и конденсата и 30,6 миллиардов кубометров газа уже не выйти.

А это несет серьезные угрозы региональному бюджету будущего года. Как известно, его доходы зависят от двух параметров – добычи/экспорта углеводородов и мировой цены за баррель нефти. Добыча сокращена, а баррель сейчас на уровне 43 долларов, что на 20 процентов меньше комфортной для регионального бюджета цены.

Это означает сокращение региональных инвестиционных программ, вложений в создание столь необходимых для островов социальных объектов.

Да и нефтегазодобывающие компании решительно пересматривают свои перспективные программы, что, по цепочке, скажется и на их подрядчиках.

В частности, наверняка будет оптимизирована в сторону сокращения система добычи нефти на суше «РН-Сахалинморнефтегаза».

К примеру, 413 скважин месторождений Колендо, Центральная Оха, Эхаби, Восточное Эхаби и Гиляко-Абунан дают 244 тонны нефти в сутки. В среднем на скважину – 0,57 тонны. А одна скважина месторождения Одопту-море – 180 тонн. То есть две такие скважины перекрывают добычу целого куста месторождений, а их на Одопту-море около 50-ти...

«Нефть и газ» рассудит

Но все эти проблемы пока в ходе расчетов и обсуждений. Более четкие ответы, очевидно, будут озвучены в ходе 24-й международной конференции «Нефть и газ Сахалина», которая пройдет с 30 сентября по 1 октября. В ней традиционно примут участие представители федеральных и региональных органов исполнительной власти, руководители ведущих мировых нефтегазовых и энергетических компаний, сервисных и подрядных организаций, представители научного сообщества. Всего более 600 экспертов.

Программа как всегда обширна: обсуждение новых тенденций и накопленного опыта в реализации нефтегазовых проектов, вопросов газификации и развития сети газомоторного транспорта на Сахалине и Дальнем Востоке. Особое внимание уделят геополитическим и экономическим факторам конкурентной борьбы за газовые рынки Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР), а также перспективам производства, транспортировки, хранения и потребления сжиженного природного газа.

Однако ключевой посыл мероприятия — именно особенности работы нефтегазовой отрасли в условиях мирового кризиса. Крупнейшие игроки рынка углеводородов поделятся опытом оптимизации своих структур и проектов, в том числе в условиях декарбонизации, предложат необходимые нефтегазовым компаниям антикризисные финансовые, регуляторные и налоговые меры.

Впрочем, нефтегазовая отрасль пережила не один кризис. 25 лет назад проекты СРП начинались вообще при цене 9 долларов за баррель.

Все будет нормально. Но вот детали — когда и как — пока неясны.

P. S. Пока мы разбирались в сути вопроса, СМИ сообщили, что «Роснефть» придумала, как заменить прохудившийся трубопровод. Компания сможет продолжить транспортировать нефть на материк, подключившись к транспортной системе «Сахалина-1». Для этого предприятию придется не только возвести новый трубопровод, но и модернизировать три перекачивающие станции. По данным «Коммерсанта», стоимость первой очереди нефтепровода Сабо — Даги протяженностью 117 километров оценивается в 4,87 миллиарда рублей. Начало работ запланировано на ноябрь этого года. Сам нефтепровод должен быть готов к 2022 году. Кроме того, планируется модернизировать нефтеперекачивающую станцию (НПС) Даги за 1,55 миллиарда рублей, НПС Тунгор — за 720 миллиона рублей, НПС Сабо — за 390 миллионов рублей. Таким образом, стоимость первой очереди оценивается в 7,5 миллиарда рублей. Строительство планируют завершить в 2025 году.

Редакционный материал
«Сахалин P.S.» №17